Валерий ВОСКОБОЙНИКОВ,
Союз писателей Санкт-Петербурга

НЕ ВЕРЬ,
НЕ БОЙСЯ,
НЕ ПРОСИ,

ИЛИ ЧТО НАМ ДЕЛАТЬ
С НАШИМИ КИДАЛАМИ?

 

ЧУЖАЯ ФАМИЛИЯ НА МОЕЙ КНИГЕ
     Несколько недель назад со мной произошел случай, о котором даже рассказывать неловко, столь невероятным он может показаться. Я направлялся в издательство "Азбука", где за последние годы у меня вышли четыре книги, - нужно было взглянуть на обложку пятой. Но подойдя к метро, я понял, что необходимость поездки отпала, потому что книга моя, оказывается, уже вышла и даже продается на лотке. Правда, обрадовался я этому лишь в первое мгновение - а во второе увидел, что стоит на обложке как бы и не моя фамилия. То есть, моя тоже немножко присутствовала, но в заднем ряду, а перед ней была другая, совсем чужая - фамилия человека, который роман "Экстрасенс" не писал, потому что писал его я один.
     Такая вот миленькая завязка к нашему сюжету на тему о том, как нас "кидают".
     А теперь перейдем к истории вопроса. Честно говоря, при советской власти проблемы "кидания" не стояло. Там, уж если издавали, то не утаивали ни рубля, - да и какому главбуху пришла бы безумная мысль красть у автора в пользу державы, если ему самому с этого никакой прибыли? Лишь однажды в московском ВААПе какой-то клерк схавал мой гонорар за польское издание детской книжки, а также и гонорары нескольких других писателей. Так его сразу в тюрьму закатали.
     Возможно, поэтому писатель вошел в эпоху русского разбойничьего капитализма и морально, и юридически не подготовленным. Первый раз меня обмануло издательство как раз на переломе эпох. В нашем тогдашнем "Советском писателе" у меня должна была выйти книга в 20 листов прозы. Я ее писал лет 10, понемногу печатая в журналах повести. Одобрение было подписано уж с год назад, но вдруг все застопорилось. И очень обаятельная дама-директор, только что сбросившая прежнее начальство, стала мне объяснять, что в моем случае надо терпеливо ждать. Тогда, может быть, они ее издадут. А вот если я заикнусь о деньгах, они, конечно, заплатят, что должны, но уж зато не издадут. Терпеливое ожидание длилось года полтора, но однажды я был вызван в бухгалтерию. На мой вопрос: "Когда приехать?" мне ответили: "Немедленно". Там уже лежала моя рукопись и весь гонорар. К тому времени он скукожился до суммы, которой едва хватило на одну рюмку водки без бутерброда. Получи эти деньги, когда полагалось по закону, я чувствовал бы себя кумом президенту и сватом Черномырдину. Как выяснилось, этой обаятельной даме удалось обмишурить таким путем не меня одного.

ТИПОЛОГИЯ ОБМАНА
     С тех пор меня "кидали" много и часто. Описывать все случаи скучно и утомительно. Тем более, что опыт общения со своими коллегами говорит о том, что я по-прежнему не одинок. Поэтому я намечу лишь, так сказать, типологию издательских обманов.
     Издатель, заботливо улыбаясь, мне предлагает: "Ну что мы говорим о какой-то оплате за авторский лист - это так трудно считать. Давайте, я заплачу вам аккордно за всю книгу, причем не шесть и даже не восемь процентов, а все десять! Десять процентов от оптовой цены, вы представляете, сколько вы заработаете!" Скрежеща извилинами, я перемножаю обещанный в договоре тираж на возможную цену книги, а итог множу на процент и получаю сказочное богатство. Но вот книга выходит. И тут оказывается, что ее настолько никто из оптовиков не желает покупать, что издатель, совершая подвиг Сизифа, с жутким трудом сплавил ее в какую-то книготорговую фирму, причем в десять раз дешевле, то есть не по червонцу, а по рублю. Потом я, конечно, однажды узнаю, что фирма эта принадлежала жене директора, и что жена-то уж размахнулась, продала мою книгу раз в двадцать-тридцать дороже. Таким образом, хорошая прибыль осталась в их семье. А мне вместо золотого сунули медный грошик. Единожды так обманутый я сказал другому издателю: "Ну уж нет, вы проставьте в договоре оптовую цену".
     "Пожалуйста", - ответил счастливый издатель. Он уже знал в ту минуту, какой тираж обозначит в выходных данных. И когда после выхода книги я явился за гонораром, он горестно вздохнул: "Не знаю, что с вами и делать, дорогой вы наш. Мы ведь вам заплатили аванс за 10 тысяч, а тираж-то только 5 тысяч. Так что это вы нам, наоборот, должны вернуть денежки". При этом книга, изданная якобы тиражом в 5 тысяч, может продаваться на каждом лотке не только Питера, но и России. Но директор будет честно глядеть в глаза и как бы не догадываться, что в одном лишь нашем городе количество лотков уже сопоставимо с обозначенным тиражом.
     Другой тип обмана - задержка с выплатами. Почему издательства так не любят платить в установленный ими же самими срок - большая для меня тайна. Тут применяются разные ухищрения. Например, в ответ на мой робкий вопрос на тему "когда же наконец", бухгалтер негодует: "Ну что вы вчера-то не пришли! Как раз вчера мы вам звонили, а вас дома не было. Теперь уж все, деньги будут нескоро". Но при этом они же могут записать в договоре штраф за опоздание с работой: день просрочки - 1% с гонорара долой. Особенно сильно ударила по авторам такая задержка выплат в год после дефолта 1998-го. Они пришли получать указанную в договоре 1 тыс. у. е., а им выдали 5 тыс. руб. На недоуменный вопрос в "Азбуке" мне, например, сказали: "Но ведь деньги вам были начислены до дефолта, это вы просто их получить не успели".
     Чаще всего издатели объясняют свои хитроумные поступки желанием обойти прежние налоговые законы. Они у нас и в самом деле были небезупречны, как, впрочем, в любой стране. В результате при подписании очередного договора меня не раз предупреждали: "Мы с вами подписываем черный договор". ("Белого" я так и не видел.) Недавно одно московское издательство предложило подписать документ, по которому оно покупало мою большую рукопись за 1000 руб. На самом же деле рядом лежала другая тысяча - зеленых. "Так будет спокойнее и вам, и нам платить налоги", - уговаривали меня. Казалось бы, и в самом деле спокойнее. Но стоит возникнуть любому конфликту или хотя бы директору издательства покинуть пост, как весь разговор пойдет только вокруг деревянной тысячи, а никак не зеленой.

ЧУЖИЕ БРЭНДЫ
     Я описал лишь несколько современных способов обмана авторов, их несомненно больше - фантазия издателей в этом направлении неисчерпаема. И доказательством того сюжет, с которого начал.
     У него тоже есть предыстория многоступенчатых обманов. Для меня она началась в 1994 году, когда государственные издательства агонизировали, а временный кормилец "Северо-Запад" приказал долго жить, и я ощутил тяжелое дыхание голода. Мне было 55 лет, из них тридцать я зарабатывал на жизнь писанием книг. Ничего другого я уже делать не умел. Даже пенсии у меня не было. Зато была группа очень пожилых и тяжело больных родственников. Несколько месяцев я поработал на российско-американском радио одним из прототипов пелевинского героя - копирайтером (автором рекламных текстов), но и это радио скончалось. И вдруг моя подруга Елена Милкова (в справочнике нашего творческого союза у нее другая, настоящая фамилия, а вообще, она - серьезный ученый-лингвист и этнограф) предложила спасение - поучаствовать в совместном написании детектива. Я отнесся к предложению как к некоей полуавантюрной игре и, кстати, зря. В результате получился роман "Оборотень". По данным "Книжного обозрения", он почти год держал первые места в списке самых раскупаемых детективов. Его постоянно переиздают, перепродают другим издательствам, а сейчас снимают по нему фильм. И тут-то мы поняли, как нас грандиозно "кинули". Стоило тогда составить грамотный договор, и нам бы не пришлось через месяц снова искать приработок. Когда мы наконец внимательно прочитали подписанную Леной бумагу, то выяснили, что авторы нашего романа не мы, а некий Ф. Незнанский, и владельцы тоже не мы, а некий Каминский, который может размножать наше детище сколько угодно лет любыми тиражами и в любых формах. А за разглашение этой ужасной тайны нам грозит судебное преследование. Так что предыдущими строками я уже подписал себе приговор. Возможно, учитывая огромные прибыли господина Каминского и наш ничтожнейший гонорарец, объективный суд признал бы и сам вышеописанный договор ничтожным, то есть аннулировал бы его. Но мы решили не судиться, а поступить творчески - перенести кое-каких своих героев в другое издательство, а именно в "Азбуку". Знать бы мне, что опыт этого господина, который, благодаря трудам Елены Милковой, стал крупным издательским магнатом (она много и с тем же успехом поработала на него в других жанрах), этот опыт удачно для себя разовьет другой господин, по имени Максим Иванович!

АЗБУКА ОБМАНА ИЛИ ОБМАНЫ "АЗБУКИ"
     Помню, с каким упоением мы обсуждали первые сюжеты будущей детективной серии, связанной общим героем по прозвищу Скунс. Обсуждали втроем: Мария Семенова, Елена Милкова и я. Но идея, как известно, при ее реализации теряет свою чистоту. Так как заявителем ее в "Азбуке" была Семенова, то и сама идея должна была получить название "Проект Марии Семеновой". И это было бы нормально, честно.
     Но Максим Иванович решил по-своему. Он решил заработать, сделав каждого автора довеском к брэнду.
     В результате я подошел к лотку и увидел на своей книге "Экстрасенс" чужое имя - дорогой мне Маши, которая к этому роману имеет весьма далекое отношение. То же недоумение пережил за несколько месяцев передо мной Петр Кожевников, а чуть раньше его - Феликс Разумовский. Еще раньше огорчилась Елена Милкова. Они тоже писали свои романы в творческом уединении. Им тоже возлюбленная "Азбука" без их ведома втюхала в соавторы Марию Семенову. Хотя в договорах, естественно, ничье дополнительное участие не оговаривалось. Причем, что смешно: Разумовский посвятил свою книгу ей, а я - поместил ее в список родственников (жены, брата, сына), которых сердечно благодарил за советы, терпение и т. д. Тут, естественно, возникает вопрос: "А как же сама Мария?" Уверен, что она - такая же жертва издательского произвола, как и мы.
     Я считаю, что очень хорошо знаю Марию Семенову, и поэтому ни за что не поверю, что она способна вписать свое имя на обложку чужого труда. Более того, когда такое произошло впервые осенью прошлого года с книгой Разумовского, она сама позвонила мне около часу ночи, и примерно до половины третьего я ее утешал, советуя немедленно пойти в издательство и дезавуировать это недоразумение. Следовательно, Максим Иванович сумел ее поставить в такое положение, когда она перестала быть хозяйкой своего имени.
     Жаль, он не знает, что его действия можно расценивать как примитивное оскорбительное хулиганство. Интересно, как бы он обошелся с уважаемым Даниилом Граниным или Михаилом Кураевым? Им бы он тоже Семенову подсуропил? Или что же: с Граниным и с Кураевым так нельзя, а с Кожевниковым и молодым автором Разумовским - можно? Понимаю, что директор "Азбуки" может не догадываться о том, что у меня на полке лежит стопка почетных дипломов со Всесоюзных и Всероссийских книжных конкурсов. Что в этом году я стал лауреатом Почетного Международного диплома имени Андерсена, высшей международной награды, какую получали российские детские писатели (ни к чему бы это было напоминать, если бы не оскорбительные действия господина директора).
     Не догадывается Максим Иванович и о том, что его поступки являются заурядным мошенничеством, обманом потребителей. Покупатель желает купить книгу Семеновой, а ему подсовывают мою. Или наоборот. Представьте, что вы заплатили за путевку в Турцию, а вас свозили в Туапсе.
     Что уж тут говорить о грубейшем нарушении договора, в котором, кстати, есть такие слова: "Автор гарантирует, что он сам выполнил произведение и что ему действительно принадлежат все права". Не дико ли это звучит: сначала автор пусть нам гарантирует, что именно он писал, а потом мы ему кого-нибудь возьмем, да и втюхаем на обложку, то-то он возрадуется! Надо ли говорить о том, что роман этот мне дорог, я писал его всерьез, с болью и трепетом душевным, и никакой это не детектив или, если точнее, печальный детектив. В каком-то смысле он - часть моей творческой судьбы. Как теперь объяснять знакомым, которые посчитают меня вралем: мол, уверял, что пишет важную для себя книгу, а оказывается, это Семенова написала. Ведь в списке хит-парадов, что висел на каждой станции метро, так и значилось: М. Семенова "Экстрасенс". Что сказать переводчикам, которые желали издать именно меня в своих странах? Ведь получается, что я не единственный владелец собственной книги.
     Такой вот апогей кидания. О более мелких - жульничестве того же Максима Ивановича с тиражами, договорами - уже и писать тошно. Ну, например, хотя бы это: он гонит "Те же и Скунс - 2" огромными тиражами и до сих пор не только не удосужился вспомнить о гонораре, но даже договор со мной заключить. А когда поэт Алексей Шевченко, написавший по заказу в эти романы уйму талантливых смешных частушек, наведался в "Азбуку", его вообще там встретили как сумасшедшего - еще чего захотел, оплаты своей работы!

ЧТО ДЕЛАТЬ?
     Все это я написал не столько ради защиты собственных прав. В конце концов, для меня-то не сошелся свет клином на одной "Азбуке". Мне больно за молодых авторов, которых некоторые лихие издатели пытаются обратить в бессловесный, но пишущий товар. Я боюсь за их судьбу - ведь каждый из них мог бы проявиться как яркая творческая личность. Что же вы с ними делаете, господа издатели? Надо ли их так унижать, превращая в придаток к брэнду?
     Начиная разговор о кидании, я вовсе не собирался превращать лишь одного человека в этакий эталон злодея. Возможно, и за ним значится список добрых дел, просто меня этот список пока не коснулся. С другой стороны, возможно, бывают злодеи и покруче. Но есть же в нашем городе и честные самоотверженные книгоиздатели. Их немало. Поэтому и перехожу к последнему пункту.
     Видимо, созрела необходимость собраться вместе книгоиздателям и авторам для выработки некоей хартии поведения. Уверен, что большинство из нас считает себя цивилизованными людьми. Так давайте же и поведем себя именно так. В хартию должны войти добровольно взятые на себя обязательства. Тут могут быть и проценты, ниже которых не может опуститься гонорар, и запрет обмана с тиражами и прочее, прочее.
     А пока, как говорили в прошлые века, не обязательно принимать новые законы, давайте хотя бы хорошо соблюдать старые. Просто, авторы зачастую законов не знают и поэтому им нечего противопоставить наглому напористому мошеннику. Тем более, при отсутствии грамотных литературных агентов. А ведь есть у нас даже и сегодня возможности себя защитить, вплоть до лишения таковых мошенников лицензии на издательскую деятельность.

E-mail: voskoboinikov@mail.ru

 


 


Copyright and powered by Citadel of Olmer


 

[an error occurred while processing this directive]